«Воду мы брали из канав, куда фашисты сбрасывали трупы». Ужасы белорусских концлагерей глазами выживших
Гомельская область. 1944-й. С 18-го на 19-е марта войска 65-й армии 1-го Белорусского фронта входят в концлагерь «Озаричи». Увиденное потрясает: десятки тысяч погибших, замученных, истерзанных людей, доведенных до крайнего состояния всего за десять дней – столько действовал лагерь. Чуть позже подсчитают оставшихся в живых: 33 тысячи 480 человек. Из них почти 16 тысяч — дети в возрасте до 13 лет.
Рогачев был захвачен гитлеровцами практически сразу после начала войны. 932 дня оккупации. Массовые грабежи, насилие, уничтожение местных жителей. Одним из основных мест казни стал берег реки Друть вблизи старой картонной фабрики.
«Были вырыты ямы шириной 2 м, длиной 10 м, где каждый день были слышны выстрелы и где каждый день погибали люди».
Весной 1942-го во время сильнейшего паводка вышедшая из берегов Друть размыла захоронение. Сотни полуразложившихся трупов течением понесло по реке. Тогда гитлеровцы заставили местных баграми вылавливать тела и закапывать снова.
Всего на территории Гомельской области немцы организовали более сотни мест принудительного содержания. Одним из самых страшных стал концлагерь «Озаричи».
«Людей привозили ежедневно – подводами, машинами. Гнали колоннами из городов и сел».
Лиде было 13, когда ее вместе с мамой и старшей сестрой пригнали в Озаричи. Вспоминает: бараков не было. Выживали под открытым небом.
«Воды не было. Ее мы добывали в прорытых канавах, куда бросали мертвых. Вот в той канаве и сочилась вода. Мы лазали туда, делали луночки и нацеживали, а потом на костре кипятили. Еды тоже не было. Хлеб, который они нам привозили, по тяжести походил на кирпич и наполовину состоял из древесных опилок».
Хлеб из опилок, сушеная капуста, гнилая морковь. Все это сваливали с машин прямо на землю.
«Тут люди помирают и падают. Давят практически друг друга. А немцы сидят, на гармошках губных играют и хохочут от души…».
Иногда гитлеровцы спускали собак на заключенных с целью устрашения или забавы. Те нередко загрызали узников насмерть.
Из дневника дивизионного священника 110-й пехотной дивизии вермахта Иозефа Перау от 17 марта 1944 года: «Средняя продолжительность жизни людей в лагере составляла трое суток. За это время в нечеловеческих условиях погибло около 17 тысяч человек. Многие лишились рассудка».
Количество страниц — 100. План ОСТ от 23 мая 1941 года — один из самых секретных документов Третьего рейха — предусматривал истребление 30 миллионов жителей СССР. В основном славян. Судьба каждой нации была детально продумана с немецкой педантичностью.
«В отношении белорусов в плане ОСТ прописано, что до 75% населения должно было быть уничтожено. И только 25 оставлено на этих территориях».
11-е июля 41-го. Беларусь. Оккупирован Витебск. В городе начинают работу лагеря смерти, в том числе «Пятый полк». Узников держали в бараках и на открытом воздухе. Рацион состоял из гнилой картошки, баланды из костной муки и хлеба из опилок. Каждый день от голода и болезней погибало около 150 человек. Тела складировали в ямах штабелями. До июня 1944 года через лагерь прошло почти 100 тысяч пленных.
Мытарства Надежды Граковой в концлагерях Европы начались именно здесь. В «Пятый полк» она попала трехлетней девочкой вместе с мамой, братом, бабушкой и дедушкой. Семью разделили и повезли в Германию.
«Загнали нас в бункер. Я его помню и сейчас. И был такой длинный узкий коридор. И много-много людей, — вспоминает Надежда Гракова. — И вот брат Леня попросился пописать. Мама нас вывела на улицу, и в то же мгновение в этот коридор попала бомба. Назад мы шли по мясу. Ножками прямо в крови, в крови, понимаете?..».
В родной Витебск Надежда Гракова вернется лишь после Победы. И узнает: отец прошел через семь концлагерей, сбежал из плена и выжил. А дедушка погиб в Освенциме.
Система концлагерей начала формироваться в 1933 году. Первым стал «Дахау». Его задача была жесткой и простой: уничтожать тех, кто не вписывался в нацистскую модель, и держать в страхе остальных. Обергруппенфюрер СС Теодор Эйке превратил лагерь в эталон жестокости и запустил систему принудительного труда. Но самое циничное — нацисты быстро поняли: геноцид приносит прибыль.
В отчете по операции «Рейнхард» — кампании по уничтожению польских и европейских евреев — зафиксирован доход 170 млн рейхсмарок (800 млн долларов). В казну поступили 3 тыс. кг золота, свыше 18 тыс. кг серебра, 15 кг платины, 1 млн долларов, а также 1901 вагон с одеждой и личными вещами жертв.
Вбитые в землю столбы. На них — натянутая по периметру колючая проволока. Голод и эпидемии. И каждый день сотни умирающих людей, которых просто не успевали хоронить. Фашистские лагеря смерти были типовыми. Такими же, как и на окраине Минска, в Масюковщине, у старых советских казарм, где 85 лет назад нацисты организовали Шталаг-352.
Лагерь был создан в середине июля 1941-го. Здесь содержались военнопленные с разных участков советско-германского фронта — из Беларуси, районов Вязьмы, Ржева, Калинина, Москвы, Сталинграда. Среди заключённых были и гражданские.
«Каждый день будут прибывать новые эшелоны, и будет идти пополнение. И вот этот путь — особенно он будет касаться ноября 1941 года, когда будет очень холодная зима, — военнопленные будут идти в рваной легкой одежде. Ослабленные, они будут просто умирать на улицах нашего города Минска. Умерших было так много, что некоторые сравнивали это с картошкой, рассыпанной из мешка».
Впоследствии в своих дневниках немецкие водители вспоминали: погибших было так много, что объезжать их не представлялось возможным — ехали прямо по телам.
Из докладной записки министериального советника Дорша рейхсляйтеру Розенбергу от 10 июля 1941 года: «В лагере находится приблизительно 100 тысяч военнопленных и 40 тысяч гражданских. Заключенные, загнанные в это тесное пространство, едва могут шевелиться, и вынуждены отправлять естественные потребности там, где стоят».
«Здесь было принято решение, что их не будут кормить, их не будут обслуживать. И вот такое концептуальное решение состоялось еще в августе 1941-го года во время визита рейхсфюрера СС Гиммлера — он знакомился с условиями».
В конце лета 1941-го в прессе появится снимок, который облетит мир. На фотографии в глаза друг другу смотрят советский военнопленный и Генрих Гиммлер.
«Потрясает то, что военнопленные – казалось бы, подавленные, но насколько смелы были их взгляды! Они будто говорили, что не боятся, — рассказывает Кузьма Козак, — Безусловно, известен и фотограф. Это личный фотограф рейхсфюрера СС Гиммлера Френтц, который очень много заснял относительно его визита».
В нечеловеческих условиях, без еды и медицинской помощи большая часть узников Шталага погибла. А стоны все еще живых были слышны в самом Минске.
«По отношению к заключенным применялись физические побои, использовали виселицы. Особые условия создавали для тех, кто нарушал «порядок» — таких подвешивали на крюк для того, чтобы этот человек в назидание другим очень долго мучился».
Шталаг-352 освободят лишь в 3 июля 1944-го года. Еще долго здесь будет работать чрезвычайная государственная комиссия, которая обнаружит сундук с документами убитых. Об этом доложат Сталину.
18-е марта 1944-го. Под натиском Красной армии немцы оставляют «Озаричи», но перед этим минируют периметр лагеря. Шесть узников, которые первыми рискнут выйти, погибнут.
«Переночевали. Поднялись. И знаете, солнце… Я никогда не забуду это солнце! Засияло так солнце! Такое яркое, искристое! Я его никогда не забуду! Наверно, Господь Бог обрадовался, что мы остались живы, и он нам послал такое солнце…».
Тремя годами позже, 21 октября 1947 года, на допросе генерал-лейтенант вермахта Эберхард фон Куровский, по чьему приказу был создан лагерь «Озаричи», заявил, что после первых поражений под Москвой в декабре 1941-го немецкое верховное командование разослало в части документ без подписи, но с грифом «Приказ фюрера». В нем предписывалось при отступлении взрывать каменные здания, сжигать деревянные и угонять жителей на принудительные работы.
Брест. Борисов. Полоцк. Гомель. Могилев. Волковыск. Молодечно. На территории Беларуси нацисты создали сотни лагерей смерти и мест принудительного содержания. Сегодня эти страшные объекты нанесены на кадастровую карту страны. Она появилась после открытия в 2021 году уголовного дела по факту геноцида белорусского народа во время Великой Отечественной войны. На карте практически нет живого места.
«На сегодняшний день мы имеем три пространственных слоя. Первый – это сожженные деревни. Второй – лагеря смерти. Иначе говоря, места принудительного содержания населения. И третий слой – это ранее неизвестные, установленные в ходе следствия места массового уничтожения и захоронения граждан. 166 ранее неизвестных мест массового уничтожения и захоронения жертв геноцида нами установлено».
В самой кровопролитной войне XX века Беларусь заплатила страшную цену: 578 лагерей смерти. 12 тысяч 868 сожженных деревень. Погибло свыше трех миллионов человек. Каждый третий.